Дмитрий Мосьпан и Jazz Friends - юбилейная программа «20 лет в Большом джазе»
11 мая в Клубе Игоря Бутмана Квартет Дмитрия Мосьпана и Jazz Friends представят юбилейную программу «20 лет в Большом джазе» - в честь дня рождения лидера проекта! На праздничном концерте соберутся самые известные музыканты нашей страны, прозвучат популярнейшие джазовые хиты, а также стильные, мелодичные, мастерски исполненные авторские композиции Дмитрия из его альбома «On The Waves».
В честь такого события представляем интервью с потрясающим музыкантов, аранжировщиком и композитором, Дмитрием Мосьпаном.
Совсем скоро ты будешь отмечать не только свой собственный юбилей, но и юбилей своей профессиональной деятельности, ведь ты уже «20 лет в большом джазе». Давай вспомним, каково это было в 14-15 лет попасть в оркестр Олега Лундстрема?
На самом деле, тогда попасть в оркестр для меня было большой неожиданностью. Я начал там играть даже раньше, примерно в 13 лет. Просто сначала приходил на замены, сотрудничал с разными музыкантами из этого коллектива. Тогда до конца не понимал, что со мной происходит. Но я действительно был увлечен серьезной музыкой, слушал Колтрейна, снимал его записи (записывал нотами – прим.ред). Для меня вся эта ситуация казалась сказкой. Только представь, в одно мгновение я очутился в мире больших музыкантов. А если говорить про дедушку Лу (речь об Олеге Лундстреме, руководителе оркестра – прим.ред.), то он, вообще, показался мне волшебником.
Во всей этой сказочной истории, интересно понять, как ты мог там очутиться в таком раннем возрасте?
Дело в том, что я пришел на место Александра Пищикова (это один из самых известных и даже, если можно так сказать, революционных музыкантов того времени). Он собирался иммигрировать в Германию, и таким образом освобождалось место в оркестре. Меня туда порекомендовал мой дядя Денис Швытов, который играл у Лундстрема первого альта. Сам он тогда учился у Александра Викторовича Осейчука, в РАМ им. Гнесиных. Я очень тесно общался со всеми его студентами, так как жил в общежитии при Гнесинке (Общежитие Российской Академии музыки имени Гнесиных – прим.ред.) у Дениса. Я часто играл на джемах, которые в то время проходили по средам у Александра Эдельмана в «Джаз Арт Клубе» на Беговой. В этом месте собиралась продвинутая джазовая тусовка, туда приходили мэтры, поэтому я одной рукой играл, другой держался за Дениса. Было немного страшно, хотя атмосфера создавалась доброжелательная. Помню, часто видел там Игоря Михайловича Бриля и его сыновей. Мне казалось, что они боги. Вроде только недавно они приезжали на фестиваль в мой родной город Волгоград, и я восторженно смотрел на них из зрительного зала, а потом прошло не так много времени, и вот они, все в одном клубе, на одной сцене.
То есть, получается, к тому моменту, как ты попал в оркестр Олега Лундстрема, ты закончил только музыкальную школу у себя в Волгограде.
Да, но я одновременно в этом же городе ходил на подготовительные курсы, чтобы поступить в Волгоградское училище искусств. Дмитрий Рафаэлович Арутюнов какое-то время подтягивал меня по импровизации.
Вообще, я с 6 лет начал заниматься на скрипке в детской музыкальной школе №1 города Волгограда. Спустя 3 года перешел на кларнет к Е.А. Суходольскому. В 11 лет стал играть на сопрано-саксофоне (помню, как был счастлив, когда мама мне его купила). Тогда, кстати, я и понял, что саксофон – это то, на чем я действительно хочу играть. Меня это очень вдохновило. И поэтому в 12 лет я продолжил обучение на тенор-саксофоне в Московском Государственном Училище Духового Искусства у Томаса Георгиевича Геворкяна.
А в оркестре Олега Лундстрема на каком саксофоне ты играл?
К тому моменту основным стал тенор-саксофон, но там приходилось играть и на сопрано-саксофоне, и даже на бас-саксо